Кому-то нравятся морозы,
Зима во всей своей красе;
Метель и снежные заносы
И жизнь в суровой полосе.
Палитру северных сияний
В словах никак не передать,
Лишь в список высших достояний
Их можно смело записать.
Зелёно-белым покрывалом
Сибирский славится простор,
Морозов равных не бывало
В местах подобных до сих пор.
И как зимой ни романтично,
Но телу свойственно тепло;
Все любят лето необычно,
За солнца нежного, добро.
* * *
Подобен грех зиме морозной,
Что дух и душу холодит,
В красе губительной и грозной
Меж Богом и людьми стоит.
Но вечный Бог,-есть Солнце Правды!
Он жизнь всему и всем даёт.
Прильни к Его лучам отрады,-
Расстает твой греховный лёд!
Вячеслав Радион,
Everett, WA,USA
С Тобой Господь способно сердце
Земными днями дорожить,
Ведь Ты послал душе усердье
Хоть чем-то людям послужить... e-mail автора:radvyach@yahoo.com
Прочитано 10868 раз. Голосов 15. Средняя оценка: 4,87
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Отлично. Оригинальный подход от природы
к Богу. Больших благословений! Комментарий автора: Благодарю за поддержку и высокую оценку труда.Благословений вам.
левко поперечний
2008-02-07 10:02:20
добре
Наталия
2008-02-07 10:18:46
замечательно!
Nina Danci
2008-02-08 00:19:18
otlichno !!!
andrey milachka
2008-02-10 00:09:46
ochen horosho
Starshaya
2008-02-10 05:52:18
ochen zdorovo
Л,Ф,
2008-02-15 05:00:50
Хорошо.Пиши побольше и почаще.Будем читать.
Юрий Вилюгов
2008-05-22 06:53:32
Красиво звучит и очень хорошее сравнение. Спасибо и благословений в труде!
2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
